Музей Живой Книги. Екатеринбург.

ЭТУ КНИГУ РАЗОРВИ

Главная -> Эту книгу разорви ->

Скандальная книга Буйницкого

Владимир Владимирович Буйницкий (1884  - 1938) - поэт, коллекционер. В начале 1900-х годов открыл в Екатеринбурге книжный магазин, до 1917 года как журналист сотрудничал в местной либеральной прессе («Заря жизни», «Зауральский край» и др.), публикуя рецензии, обзоры новой литературы, фельетоны и стихотворения. Свою первую книгу-поэму «Гимн духу» (Екатеринбург) издал за свой счет. Он считал себя «поздним символистом». Стихи его не привлекали нового читателя, не вписываясь своей медитативной лирикой в хаос социальных потрясений.

В. Буйницкому, когда свершилась февральская революция 1917 года, исполнилось 36 лет. Он был уже сложившимся поэтом. Воспринял февральскую революцию, как почти вся российская интеллигенция, восторженно. Поэт искренне считал, что только буржуазно-демократическая революция принесла России долгожданную политическую свободу. Он был ее адептом. Но Буйницкий не был революционером и борцом, он был поэтом-лириком, со своим видением мира, с амбициями и претензиями. Свершившийся через несколько месяцев октябрьский переворот Буйницкий не принял. Он остался поэтом февральской революции. Насмешливо встретил ворвавшуюся в жизнь города пролетарскую поэзию, которая сразу стала на классовые позиции, отвергла лирическую поэзию и принялась славить партию, пролетарский фабрично-заводской гул, вождя, ожидаемые производственные победы...

Таких настроений  Советская власть не прощала, и  в 1938 году, в период массовых репрессий, Буйницкий был арестован и казнен. Следователям он прямо заявил: «Писать в духе советской действительности было не в моем духе, я мог писать и писал только о событиях февральской революции. На современных писателей и литературу я смотрел, как на плод политики принуждения».

А в 20-х годах с местными литераторами Буйницкий вел острую борьбу, не стесняясь в эпитетах, доказывал, что невозможно писать «плоше и гаже» их, а они в свою очередь, вместе с редакторами дружно браковали его стихи. Он был уже не молод, держался независимо и порой даже высокомерно. Внешне смахивал на Мефистофеля. В книжных делах разбирался прекрасно и был главным консультантом у издателя и книготорговца А. Н. Шарнина.

Е. Д. Петряев в своей книге «Записки книголюба»  вспоминает сцену, которую ему довелось наблюдать: «У книжного прилавка стоял молодой человек, одетый «под иностранца». Он с небрежностью знатока просматривал какой-то альбом, безжалостно прищипывая нижние углы листа и оставляя на них следы облизанного пальца. В этот момент в магазин вошел Буйницкий. Он всевидящим глазом заметил редкую книгу в руках «европейца» и вдруг крикнул ему своим железным басом: «Станьте на четвереньки! Вы не доросли до книги! Так перелистывают только дикари!» Публика застыла от неожиданности. Франт сразу сник и поспешил исчезнуть...»

В Музее писателей Урала хранятся три книги В. В. Буйницкого. Они в прекрасном состоянии. Чудом сохранились, несмотря на мизерный тираж, и тоненькие обложки с 20-х годов прошлого века. Но еще больше увеличивают их ценность автографы, пометки и посвящение, сделанные рукой поэта. Книги эти были подарены музею Елизаветой Леонидовной Черепановой - за что ей низкий поклон. Дед Елены Леонидовны - Михаил Алексеевич Маслеников был другом В. Буйницкого и сам писал стихи.

В. Буйницкий. Осеннее: Стихи. - Екатеринбург: Изд. А. Н. Шарнина, 1922. - 55 с.

Этот сборник автор посвящает В. А. Б-ой (жена?). Известно, что жену Буйницкого звали Варварой. Под заголовком читаем: «Тебе - С сердцем ясным и девственно чистым и с душой зябко-нежной и кроткою - отдаю я - эти тихо-летящие листья, что несут в неумолчных шорохах неусыпных, осенних ветров...» В.Б.

И еще одно посвящение, написанное автором на титульном листе сборника:

«Тебе - Единственной...» Подпись автора.  Г. Екатеринбург 22/Х- 22 г.

Стихотворение, давшее название книге - «Осеннее» написано без рифмы (белый стих). Оно о том, что осенью бывает особенно грустно и сиротливо, чувствуется особая власть одиночества, рожденная красотою умирания в природе...

«Грезит душа и в грезах ее рождается иной мир, мир красивых сказок, где ищет она для себя успокоения...»

Со страницы на страницу переливается щемящая тоска поэта по прекрасному в этом рушащемся мире.

По поводу сборника стихов «Осеннее» на страницах «Уральского рабочего» появилась рецензия Н. Шушканова «Зыбкие рыдания». Автор пишет, что Буйницкий «никогда ни о чем другом не писал, - кроме того, что он томится безбрежной - бескрайней тоской, в рыдающей душе автора весь мир преломляется рыдающим. В книге 46 стихотворений, и в любом  читатель непременно услышит рыдания». (Шушканов Н. «Зыбкие рыдания. «Осеннее». Сборник стихотворений В. Буйницкого. «Уральский рабочий». - 1922. - 14 октября).

Тираж сборника «Осеннее» (300 экз.!) оказался избыточным, и книжка мелькала на витрине книжной лавки А. Н. Шарнина много лет. Ярко-зеленая - майская - обложка совсем не соответствовала названию сборника и его пессимистическому содержанию. Поэтому для избранных Шарнин заказывал подарочные экземпляры с чудесными акварельными осенними пейзажами художника И. К. Слюсарева. Вряд ли таких экземпляров сделали больше десятка.

В. Буйницкий. Я - распятый: Стихи. - Екатеринбург, 1924 - 63 с. Сборник был отпечатан в типографии «Гранит» Акц. Общества «Уралкнига» Тираж - 500 экз.

Эпиграфом к сборнику автор выбрал четверостишье А. Блока:

Христос! Родной простор печален.

Изнемогаю на Кресте.

И челн твой будет-ли причален

К моей распятой высоте?

Что же это за Крест, на котором распят поэт? Об этом рассказывается в предисловии, написанном  Б. Нешкодным в очень лирической, под стать стихам Буйницкого, манере.

«Да, он распят. И его Голгофа - Жизнь, и его Крест тоска о Кресте, о прекрасной, неуловимой Синей Птице, о которой знают многие, но лишь избранные тоскуют смертельной тоской...

Мрачно темное небо, высоко взлетающее над Голгофой, недосягаемы сверкающие над Крестом звезды...И тоскливы стоны поэта распятого...

Там внизу, в будничной сутолоке шумит город, из печальной вереницы крикливых дней слагающий гимн обыденности... Торжествующий, заглушающий стоны - песни поэта...

Но с бледными лицами, медленной поступью бредущие в толпе, Одинокие слышат долетающий сквозь базарный грохот дня стоны...

Это те, кто жаждет несбыточного, кого коснулись чудесные крылья Синей Птицы...

И для них должны быть дороги стихи».

Курьезно, что в государственном магазине на улице Малышева сборник Буйницкого «Я - распятый» лучше всего продавали ... в антирелигиозном отделе, хотя никакого отношения к религии он не имел. Такова сила названия.

В. Буйницкий. В предвечерний час: Стихи. - Свердловск: Издание автора, 1927. - 40 с.

Это небольшой сборник стихов очень лирических, нежных и непередаваемо печальных.

Тебе, посланник трепетной весны,

Подснежник палевый, привет и сердца ласки...

Ты снова шепчешь мне слова весенней сказки

И снова в памяти дней давних грезы-сны.

Отзывы критиков о новом сборнике были отрицательные. Рецензент Василий Томский писал более чем жестко: «Интеллигент, оторвавшийся от жизни, по-мещански не признавший новой действительности, не затронутый никакими свежими эмоциями, мелко индивидуализирующийся обыватель, замкнувшийся в маленькой скорлупке сожаления об утраченном, грустит о своей бескрылости...» Василий Томский заключает: «Тем же, в чьих жилах горячо пульсирует не фальсифицированная, настоящая, красная, густая кровь, - тем рекомендация  в два слова:

Попадется, - разорви!»

Книгу поэт издал за свой счет. Отпечатана она была в школе ФЗУ «Уралполирафа», набор выполнен учащейся Хомутовой. Книга, изданная тиражом 300 экземпляров (!) лежала в магазинах камнем. Даже через пять лет разошлось только около половины.

Сборник «В предвечерний час» содержит пометки под каждым стихотворением. В основном о времени написания. На страницах 20 и 24 под пометками подпись на редкость неразборчивая. Кто мог делать эти пометки?  Конечно, мы сразу предположили, что это авторские.  (Очень хотелось в это верить!). Но полной уверенности не было.

В правом верхнем углу на обложке стоит сделанная черными чернилами неразборчивая подпись аналогичная тем, что стояли под пометками на страницах 20 и 24.  Такие же подписи стоят и на обложке сборника «Я - распятый». Под пометками в нем на страницах 37, 46, 52 та же неразборчивая подпись. Замысловатый вензель и быстрая роспись заборчиком. Вот этот вензель  и не давал покоя. Ну, хоть бы одна буква четко просматривалась!

И вот наши предположения получили подтверждение. В сборнике В. Буйницкого «Осеннее» есть посвящение, сделанное от руки.

«Тебе - Единственной...

Подпись (та самая, но более разборчивая) г. Екатеринбург 22/Х-22»

В этой ранней подписи, сделанной в 1922 году, ясно прочитываются первые три буквы, которые впоследствии слились в один вензель: В (Владимир) Б  и у (Буйницкий) и та же самая быстрая роспись заборчиком.

Вот и все. Теперь с уверенностью можно считать, что на сборниках авторские подписи и пометы.

А это дорого стоит!

В. Голдин в книге «Узорщики слова и пробы пера» - Екатеринбург, 2002, упоминает, что В. Буйницкий был опубликован лишь в одном журнале, но ни в одной из газет, выходивших в те годы (очевидно - 20-е) в Екатеринбурге -Свердловске.

Благодаря пометкам авторским в сборнике «В предвечерний час». - Свердловск, 1927 мы можем вполне определенно назвать этот журнал.

Сами по себе пометки очень интересны. Это и время написания того или иного стихотворения, обстоятельства, т.е. как оно зародилось, первоначальный вариант и т.д.

Под стихотворением «Расплавились снега» (стр. 24) сделана следующая помета:

12-18

    II  25 г.

3

    III

Г. Свердловск

Сначала было напечатано в журнале «Терентий» (№ 11. июнь - 25 г.). Подпись автора.

Вот она - единственная журнальная публикация В. Буйницкого в 20-е годы в журнале «Товарищ Терентий».

Пометки автора бесценны не только в мемориальном, но и в информационном смысле. Особенно, если это касается поэта такого, как В. Буйницкий - не принявшего советскую власть, казненного этой властью, не понятого современниками, почти забытого потомками, но глубоко искреннего и лирического.

Вместе с книгами В. Буйницкого Елена Леонидовна Черепанова передала в фонды нашего музея фотографию, которая дает нам представление, как выглядел Буйницкий. На фотографии Буйницкий сидит в кресле со скрещенными руками, похожий на Мефистофеля. Г. В. Сегалин с палитрой в руках пишет портрет поэта.

Кто же такой Сегалин? О нем читайте в разделе «Редкая книга»



Буйницкий в кругу друзей и родственников

Буйницкий позирует Сегалину